Конспект обучающего семинара Гунхарда Вебера в ИКСР (www.mostik.org), 25-27 сентября 2009 , Москва

Когда речь идет о попытках суицида – часто это не следует понимать исходя из текущей ситуации клиента. Нужно смотреть на одно, два поколения назад. И спрашивать – что особенного произошло в родной семье клиента.

Заболевание «анорексия» часто означает динамику «лучше исчезну я, чем ты, дорогой (дорогая) ….».

В расстановках речь обычно идет об основополагающих жизненных темах.
Меняя их – мы получаем изменения на практическом уровне.

Если в семье есть тайна – то лучше максимально конкретно и точно говорить другим членам семьи о том, что произошло.

Инвалидность.
Если у человека брат или сестра инвалид – это часто оказывает значительно влияние на его собственное жизнестроительство.

Дети инвалиды часто получают больше внимания и прощения от родителей. И тогда здоровые дети – помощники в семье. Они боятся принять свое счастье сполна.
Ибо они чувствуют, что не заслуживают счастья, когда у их братьев или сестер этого нет.

Когда ты удерживаешь счастье в рамках – ты никому не приносишь пользы. И тогда у тебя нет энергии, чтобы помогать другим людям.

В случае инвалидности братьев или сестер здоровые дети часто жалеют родителей.
И в этом мало уважения.

Часто матери полностью посвящают себя детям инвалидам.
И запускают свои отношения с мужьями.
И сужают свои контакты с внешним миром.
Из-за этого страдают отношения между мужем и женой, и пара распадается.

В случае тяжелой инвалидности нужно привлекать помощь извне.
Иначе это сильно сказывается на семье.

Пример фразы для пожилых тяжелобольных родителей:
«Я позабочусь о Вас так, как это будет хорошо для меня и для Вас».

Забота о ребенке-инвалиде может стать для матери важнее отношений с мужем.
В идеале должно быть достаточно места для отношений с партнером и отношений с детьми.
Например, можно приглашать няню – когда дети маленькие.

Давать – это более блаженное состояние, чем брать.

Должны ли дети ухаживать за родителями, даже если это сильно ограничивает их жизненное пространство?
Если для детей это не проблема – значит все нормально.
И не нужно лечить то, что работает.
Приходят за помощью обычно – когда уход становится для людей проблемой.

Мы всегда должны осознавать свою идеологию и принципы.
Чтобы не продавать свой мир клиентам.

Семьи могут хорошо функционировать, имея самые разные модели.

Когда у одного из супругов случается инсульт – это меняет отношения.
И это всегда вызов для другого партнера.

Болезнь Альцгеймера означает, что человек не всегда здесь, он путается.
Это абсолютно меняет партнерские отношения.
Потому что больше нет того, из чего состоит партнерство.
Ибо заболевшему нужны уже только защита и забота.
Один американский терапевт в таких случаях рекомендует здоровому супругу снять обручальное кольцо.
И больше не рассматривать отношения с партнером как брак.
Скорее, как отношения родитель – ребенок.
И здесь речь идет о том – на сколько заботящийся ограничивает свою жизнь.
И на сколько он готов это делать.
Тут нет правил.
В каждом случае нужно искать свое хорошее решение.

Речь всегда идет о максимально креативном приспособлении к происходящему.

Мы часто обращаемся с инвалидами так, как будто они слишком инвалиды.

 

У человека бывает вина за то, что выжил.
Например, на войне.
Когда товарищи погибли, а ты остался.
Также в случае катастроф.
И встречается у детей, братьев или сестер которых абортировали.

Вопрос:
»Как я могу себе позволить жить, когда другие умерли?»
Решение в расстановке:
Поставить заместителей для умерших, отдать дань уважения их судьбам и принять свою собственную судьбу.
Речь идет о разделении судеб умерших и своей собственной.
Иначе человек может оставаться душой со своими погибшими товарищами.

Заместитель «Смерти» в расстановке обычно стоит очень тихо и в нем много силы.
Если заместитель испытывает чувства, то это уже не Смерть, а какой-то человек.

Парентификация – это когда дети чувствуют себя ответственными за родителей.
Когда они заботятся о родителях или братьях и сестрах.
Когда они в меньшей степени могут чувствовать себя детьми.
Они рано учатся брать на себя ответственность.
Но у них мало времени быть детьми.

В расстановке мы отводим парентифицированных детей еще раз к родителям, чтобы их еще раз приняли.
Чтобы они могли почувствовать себя снова детьми.

А есть люди, которые остаются больше детьми, и тогда им важнее повзрослеть.

Когда у человека есть что-то тяжелое – обычно это видно вокруг глаз.

Легче принять родителей, когда понимаешь тот путь, почему они стали такими – какие они есть. Когда видишь человека на фоне его жизненной истории.

Наследство.
Дети часто думают, что у них есть само собой разумеющееся право на наследство.
Хотя по динамике «давать-брать» дети вообще ничего не сделали для родителей.
Поэтому нужно соглашать с любым решением родителей о наследстве.
Но если кто-то из братьев и сестер получил сильно больше, то ему уважая мнение родителей, лучше потом разделить полученное поровну с остальными.
Иначе может произойти сильный разлад в отношениях.
Часто преимущество бывает в том, когда не получаешь ничего.

Ритуал в супружеской жизни.
Каждый день перед расставанием утром и при встрече вечером по одной минуте ничего, не говоря, нужно просто смотреть в глаза партнера.
Уважая друг друга – как равного.
Уважение – это важная вещь.
Сюда относится и самоуважение и уважение другого.
Например, я уважаю себя как мужчину и партнершу как женщину.

 

Если у женщины в жизни были аборты – она уже была матерью.

Страдать проще, чем действовать.
И страдать проще, чем отпустить.
«Каждый сам кузнец своего несчастья».

Сделанному в расстановке нужно придавать значение.
Нужно вспоминать, что там было.
Нужно вспоминать фразы.
И если расстановки делаются часто, то их значимость уменьшается.

 
 
 
 
 

 

Туловский Иван Сергеевич

Выпускник Института Консультирования и Системных Решений (ИКСР).

Базовое образование - техническое (н/в).

Связаться со мной:

ivant_p@inbox.ru